Давно хотел перепостить у себя что-нить от нет подходящих слов
andrutchaka
ручки то, вот они! (с)
"Для любителей «чудесных» майс и по просьбе
sheyne_miryam - майса о знаменитой руке р.Элимелеха из Лижанска (среди исследователей бытует мнение, что именно эта майса легла в основу всех «ручный» линий поттерианы: новая рука Хвоста, рука славы, рука Дамблдора, сломанная рука Гарри и т.д. и т.п.)
Как-то раз, глядя в окно, р.Элимелех увидел, как грудной младенец, размахивая ручками, шлепнул свою маму. По лицу.
-АААААААААААА! – возопил р.Элимелех, - Разве не заповедовал нам Всевышний почитать родителей? Как же этот…смеет поднимать руку на мать свою?!!!!
-Меленька, - ласково попыталась урезонить его мама, ребецн Марьяша, - ты в его возрасте тоже, бывало, меня шлепал!
-АААААААААААААА! – возопил р.Элимелех с новой силой и поднес руки к лицу, - Я? Этими руками? Какой?
-Левой…- чувствуя неладное пролепетала ребецн первое пришедшее в голову.
-ААААААААААААААААА! - возопил р.Элимелех пуще прежнего, - Рука, которая поднялась на мою маму, гори она огнем!
И сунул руку в пылающее в печи пламя.
-АААААААААААААААААААААА! – закричала ребецн.
-АААААААААААААААААААААА! – завопил огонь и расступился, не смея коснуться руки праведника.
-АААААААААААААААААААААА! – возопил р.Элимелех, - Я столь гнусен и презренен, что даже пламя не желает касаться моей плоти!!!!!
-Да причем тут…да я же совсем не в том смысле…- сбивчиво забормотал огонь. И с такой силой ринулся исправлять сложившееся впечатление, что вмиг дотла спалил р.Элимелеху руку по локоть.
-ИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ! – заголосила увидев это ребецн Марьяша.
-УУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ! – подвывал ей перепуганный огонь.
В это время в дом вошел брат р.Элимелеха, р.Зуся из Аниполя.
-Здравствуй, мама. Как ты себя чувствуешь? Как папа? Здравствуй, Лелик. Не сочти за наезд, но тебе не кажется, что с такой рукой тебе будет неудобно накладывать тфилин?
-ААААААААААААААААААААААААААААА! – возопил р.Элимелех, - Как же теперь Элимелех будет накладывать тфилин?!! Отец Небесный, смилуйся надо мной недостойным!
-ААААААааа я что говорил?!!! – заголосил было огонь, но вовремя примолк.
Тут с небес раздалось то ли хмыканье, то ли кряхтенье (версии расходятся) и у р.Элимелеха выросла новая рука. Та самая – необычная (тут тоже мнения расходятся – то ли белая, то ли и красная, то ли черная, то ли тонкая, то ли толстая – одним словом, необычная) и знаменитая.
Ребецн Марьяша успокоилась.
Р.Элимелех впал в депрессию (он вообще на все так реагировал).
Р.Зуся задумался о преимуществах служения Творцу одноруких и чудоруких.
А огонь все-таки нарвался на неприятности. Не за то, что сжег плоть праведника. А за то, что много болтал. Его по искорке раскидали по всем ѓавдольным свечкам. Но это его не исправило. Тем, кто не только смотрит на него, но и слушает, он рассказывает и рассказывает майсы.
Кстати, это, кажется, ШЛО пишет, что надлежит «сделать тшуву»(раскаяться) за то, что го в младенчестве кусал материнскую грудь и т.п. проступках."
ручки то, вот они! (с)
"Для любителей «чудесных» майс и по просьбе
Как-то раз, глядя в окно, р.Элимелех увидел, как грудной младенец, размахивая ручками, шлепнул свою маму. По лицу.
-АААААААААААА! – возопил р.Элимелех, - Разве не заповедовал нам Всевышний почитать родителей? Как же этот…смеет поднимать руку на мать свою?!!!!
-Меленька, - ласково попыталась урезонить его мама, ребецн Марьяша, - ты в его возрасте тоже, бывало, меня шлепал!
-АААААААААААААА! – возопил р.Элимелех с новой силой и поднес руки к лицу, - Я? Этими руками? Какой?
-Левой…- чувствуя неладное пролепетала ребецн первое пришедшее в голову.
-ААААААААААААААААА! - возопил р.Элимелех пуще прежнего, - Рука, которая поднялась на мою маму, гори она огнем!
И сунул руку в пылающее в печи пламя.
-АААААААААААААААААААААА! – закричала ребецн.
-АААААААААААААААААААААА! – завопил огонь и расступился, не смея коснуться руки праведника.
-АААААААААААААААААААААА! – возопил р.Элимелех, - Я столь гнусен и презренен, что даже пламя не желает касаться моей плоти!!!!!
-Да причем тут…да я же совсем не в том смысле…- сбивчиво забормотал огонь. И с такой силой ринулся исправлять сложившееся впечатление, что вмиг дотла спалил р.Элимелеху руку по локоть.
-ИИИИИИИИИИИИИИИИИИИИ! – заголосила увидев это ребецн Марьяша.
-УУУУУУУУУУУУУУУУУУУУУ! – подвывал ей перепуганный огонь.
В это время в дом вошел брат р.Элимелеха, р.Зуся из Аниполя.
-Здравствуй, мама. Как ты себя чувствуешь? Как папа? Здравствуй, Лелик. Не сочти за наезд, но тебе не кажется, что с такой рукой тебе будет неудобно накладывать тфилин?
-ААААААААААААААААААААААААААААА! – возопил р.Элимелех, - Как же теперь Элимелех будет накладывать тфилин?!! Отец Небесный, смилуйся надо мной недостойным!
-ААААААааа я что говорил?!!! – заголосил было огонь, но вовремя примолк.
Тут с небес раздалось то ли хмыканье, то ли кряхтенье (версии расходятся) и у р.Элимелеха выросла новая рука. Та самая – необычная (тут тоже мнения расходятся – то ли белая, то ли и красная, то ли черная, то ли тонкая, то ли толстая – одним словом, необычная) и знаменитая.
Ребецн Марьяша успокоилась.
Р.Элимелех впал в депрессию (он вообще на все так реагировал).
Р.Зуся задумался о преимуществах служения Творцу одноруких и чудоруких.
А огонь все-таки нарвался на неприятности. Не за то, что сжег плоть праведника. А за то, что много болтал. Его по искорке раскидали по всем ѓавдольным свечкам. Но это его не исправило. Тем, кто не только смотрит на него, но и слушает, он рассказывает и рассказывает майсы.
Кстати, это, кажется, ШЛО пишет, что надлежит «сделать тшуву»(раскаяться) за то, что го в младенчестве кусал материнскую грудь и т.п. проступках."